ТВОРЕЦ — ИЛИ ЛИСТ НА ВЕТРУ?
Освежаю полученные знания по клинической психологии. Передо мной – старые конспекты НИУ БелГУ и НИКП. «Методы психотерапии в паллиативной медицине». Подраздел «Кризисной психологии и суицидологии».
Бегло, за четыре вечера, проглатываю весь раздел. Анализирую с учётом последних лет практики. Вот «диалог о смерти». Госпитальная и гериатрическая шкалы депрессии неизлечимо больных. Методы психотерапии паллиативных больных в хосписе. Всё пройденное я применял в работе с онкобольными. Но я помню, как, обучаясь в этих двух институтах, был с чем-то яро не согласен.
И тут меня осеняет. Как будто годы практики и обучения всё расставили по местам в один миг.
Вся система государственного здравоохранения построена с учётом поддержания материалистической модели строения человека! И она же, как нигде более, пустило свои корни в методах психотерапии паллиативных (неизлечимых) больных.
У всех без исключения методов была одна направленность: приучить человека со страшным диагнозом к мысли о том, что он медленно умирает от последствий этого диагноза. Даже «психотерапия творческого самовыражения» и «гипноз-отдых», имея целью стимуляцию внутренних резервов пациента, действовали в рамках установки на неизбежную смерть. Озвученный срок срабатывал как последний гвоздь в крышку гроба, становясь самосбывающимся пророчеством.
Я помню этих больных. Я беседовал с ними много часов. 80 из 100 умирали в течение срока от 3 до 6 месяцев. Мне всегда были интересны те, оставшиеся 20 процентов. И я стремился поговорить именно с ними.
Их всех объединяло одно: какое-то незавершённое дело за пределами больницы. Внука ли надо вырастить. Книгу дописать. Увидеть Париж. Да всё, что угодно масштабное, ради чего нужно было прилагать усилия.
Было непонятно тогда и, тем более, непонятно сейчас: почему не переориентировать психику пациента под жизнь, а не добивать деструктивной установкой сложить лапки и ждать смерти?
Начав практиковать как онкопсихолог, я учёл своё несогласие с государственной системой здравоохранения и опыт тех, кто не умер, выжил, вопреки диагнозу врачей. И взял именно это в центр своей методики, вдоволь показавшей свою эффективность.
Я сформулировал это так: «Врачи имеют хорошую научную базу, но тысячи людей доказали на своём примере, что можно жить вопреки диагнозу. Умереть мы всегда успеем. Почему бы не попробовать, раз есть хотя бы ничтожный шанс?!»
И я видел, как выкарабкивается из пропасти страшного диагноза тот, кто ухватился за соломинку надежды мёртвой хваткой. Моя задача состояла лишь в системном его ведении в рамках процесса. Гипноз. Мотивация. Коуч-сессии. Ни грамма ложных надежд. Мы все смертны. Но раз решили попробовать – без ожиданий просто идём к цели. Свалиться в холодную яму смерти успеем, надо просто работать. Ищем то, что держит тут. Раздуваем значимость. Усиливаем важность плюсов победы. И неустанно твердим одно и то же неделями работы…
В первом случае человек – всего лишь беззащитный лист на ветру. Во втором он – Творец, начинающий жить по своим законам. Наверное, это именно то, что настоящий Творец изначально и ожидал от нас…
